Понедельник, 18.12.2017, 08:07
Приветствую Вас, Гость
Главная » Мои работы » Проникающий в сны

Проникающий в сны: II. Виктор. Брат мой

Я стоял и смотрел на наш старый дом. Для меня он был словно призрак — призрак прошлого, моего детства и гибели нашей семьи. Я не собирался искать тут какие-то улики и свидетельства — слишком много лет прошло. Мне нужно было увидеть это место, осознать его реальность. И хорошо, что в нём теперь жили разные и чужие люди — дом был наполнен жизнью. Несколько лет он стоял заброшенным. Но когда я понял, что не хочу в него возвращаться, Джеффри выставил его на продажу. Сначала никто не хотел покупать дом — после того, что случилось с нами. Цену пришлось снизить, и в итоге его купили под мини-отель. Есть же любители пощекотать себе нервы. Да и история дома была важна только для местных — для приезжих она ничего не значила: семья, жившая тут до них, была им не знакома и потому безразлична.

Если бы я оказался на месте Анри и сбежал из плена — я бы пришёл сюда: это ведь единственный адрес, связанный с прошлым. Никому из прежних соседей не было известно, где я живу теперь. Джеффри оставил им свой адрес, на всякий случай.

Может, зайти? Но мне не хотелось ни объяснять, кто я, ни прикидываться возможным постояльцем в поисках жилья. Вряд ли Анри решил остановиться здесь. Для него было бы невыносимо.

Дом я увидел. Теперь мне нужно повидать родителей.

 

Кладбище. Не было мне спокойно в этом месте вечного упокоения. Я чувствовал себя виноватым за то, что всё ещё живу. За то, что ничего не могу сделать для тех, кто ушёл. Я жив, а мои родители — мертвы, и брат исчез. Я ничем им не помог.

Смахнув с надгробия листву, я положил к нему цветы и сел на скамью. Отец и мама, они здесь, под землей. Но их нет — в могиле лишь то, что от них осталось. Их нет — и я должен жить без них. Жить, хочу я того или нет.

Я почувствовал на себе чей-то взгляд. Огляделся: поблизости никого не было. Лишь в сотне метров от меня у другой могилы стояла пожилая женщина. Но она не смотрела в мою сторону. Наверное, показалось. Я помедлил, а затем пошел к выходу. И все же, чувство, что за мной наблюдают, не исчезло.

Когда я вошел под арку ворот, кто-то схватил меня за руку. Вздрогнув, я обернулся: в нише арки, в тени, стоял мужчина. Или молодой человек — я не видел его лица. В джинсах и толстовке с капюшоном, накинутым на голову. Он отпустил мою руку, сделал полшага мне на встречу и откинул капюшон. Я ошеломленно рассматривал его. Тонкие черты лица, смугловатая кожа. Темные глаза с длинными ресницами. Длинные волосы собраны в хвост. Эти волосы… вьющиеся, каштановые… Я замер. Сердце гулко билось. Я боялся поверить тому, что вижу… И что я вижу? Кого?

— А… Анри? — выдохнул я почти беззвучно.

Но он услышал. Губы его приоткрылись и дрогнули:

— Это ты, да? Всё-таки ты, Виктор?

Я кивнул.

Он судорожно сжал меня в объятьях. А я застыл, боясь проснуться. Едва заставил свои руки шевелиться и тоже обнял его. От брата пахло железной дорогой и пылью, но волосы и одежда были почти чистыми.

— Ты ведь поможешь мне? Спрячешь? — Анри вдруг напрягся, и его пальцы судорожно вцепились в меня, — Мне нужно спрятаться.

Значит, его, действительно, похитили. Он убежал, и теперь похититель ищет его. Я не знал, о ком и о чём речь, но кивнул. А потом и произнёс, поняв, что брат не видит моего кивка:

— Я никому тебя не отдам. Больше никому и никогда. Анри. Я обещаю.

Он чуть отодвинулся и взглянул на меня. Словно хотел увидеть подтверждение моих слов на моём лице. И, видимо, нашёл его. Потому что облегчённо вздохнул и попытался улыбнуться:

— Как хорошо, что ты есть, — улыбка исчезла с его лица так же, как появилась, — Но нам нужно уходить отсюда. Нужно спрятаться.

Я не стал возражать и задавать лишних вопросов. Потом, позже. И просто кивнул:

— Пошли.

Анри следовал за мной, нервно озираясь по сторонам. Когда мы вышли за ворота кладбища, он замер, оглядываясь вокруг. Казалось, взгляд его бегло, но цепко осматривает каждого человека поблизости, каждый подозрительный объект. Наконец он облегчённо вздохнул:

— Куда дальше?

Я указал на свою припаркованную по соседству машину. Анри позволил мне первым подойти к ней, а сам остановился чуть поодаль:

— Распахни все двери и открой багажник. Осмотри её.

Я так и сделал. Никого и ничего лишнего в машине не было. Анри кивнул. Закрыв багажник и двери, я сел за руль. Анри юркнул на заднее сиденье и залёг там. Едва машина тронулась, он спросил:

— Куда мы едем?

— Домой. Туда, где я живу.

— Он найдёт.

— Никто из прежних знакомых, кроме Оливера и Джеффри, не знает моего адреса.

— Кто это? Ты им доверяешь?

— Друзья отца. Теперь они для меня… как семья. Я верю им больше, чем себе.

— Тогда ему доставит особое удовольствие сделать из них твоих врагов.

— Кто бы он ни был… у него не получится, — я был абсолютно в этом уверен.

Анри помолчал, а потом сказал:

— Ты просто не знаешь, на что он способен. Сделать из чёрного — белое, и наоборот — для него ничего не стоит. Чтобы ты проклял всё, что любишь, и возлюбил то, что ненавидишь.

Я не выдержал:

— Да кто он такой?!

— Этьен.

— Но кто он?

— Просто Этьен. Никогда не смотри ему в глаза и не слушай, что он говорит. Это трудно. Но иначе ты пропал. Как пропал я, — в голосе его послышалась истерика.

— Но теперь ты свободен. Ты со мной, и мы что-нибудь придумаем, — я старался говорить спокойно и убедительно.

— Ты, и правда, думаешь, что я свободен?! — Анри резко сел на сиденье и смотрел на меня в зеркало заднего вида, — Ты не понимаешь, что происходит у меня в голове. Не чувствуешь этого, не можешь знать. Чем и кем я был. Что я есть, — он нервно обхватил себя руками.

— Конечно, я не понимаю этого. И не узнаю — если ты мне не расскажешь.

Неожиданно из глаз его потекли слёзы, перешедшие в рыдания. Я спешно припарковал машину на обочине, пересел к нему и обнял.

— Виктор, Виктор. Уходи. Оставь меня. Мне не спастись. Не хочу, чтобы ты тоже… Ведь он захочет тебя. Ты ведь тоже… Проникающий в сны.

— Нет, братишка, не говори глупостей. Мы справимся. Мы что-нибудь придумаем. Вместе.

— Давай уедем, — Анри снова вцепился в меня.

— Хорошо, — я старался говорить как можно спокойнее.

А брат прямо таки сверлил меня глазами:

— Прямо сейчас.

Я замолчал, обдумывая.

— Давай завтра? Возьмём вещи и деньги. И… я хочу попрощаться.

Анри горько покачал головой:

— Завтра может быть поздно. Но ладно. Пусть так.

 

Я снова сел за руль. И некоторое время мы молчали. Черт, я собирался «проснуться». Но чувствую себя как во сне. Это похоже на сон. Мой брат, вдруг объявившийся сам после стольких лет. Нет, я был рад. Но… до сих пор не верил в происходящее. Я ведь так хотел его найти. И еще менее часа назад пытался сообразить, как. А теперь… вот он, Анри, рядом со мной. И я снова не знаю, что делать. Кто преследует его? И преследует ли? Кто этот Этьен? Могу ли я верить словам Анри? Ведь его психика явно не в порядке. Черт, я думаю, как эгоист. Я должен верить ему. Ведь он мой брат. В этом я не сомневался. Конечно, мы столько лет не виделись. Но уж брата я знаю. Мы же близнецы.

Я взглянул в зеркало: Анри лежал на заднем сиденье. Похоже, он доверяет мне. Хотя, какой у него выбор? Во всяком случае, мы снова вместе. Мы — семья.

Но ведь есть еще Джеффри и Оливер. Сказать им, что Анри вернулся? Они заслуживают того, чтобы знать, и будут рады помочь. Но стоит ли втягивать их? Ведь я даже не знаю, что дальше. Анри говорит, нам нужно уехать. Бежать, скрыться. Но куда? И неплохо бы знать, от кого мы прячемся.

Черт, я почти забыл о Жасмин. Она ведь рассчитывает на меня. Наверное. Но я ее совсем не знаю. И доверять не могу. А жаль. Казалось, у меня есть шанс… устроить личную жизнь. Чёрт, о чем ты думаешь, Виктор?

Ладно. Понадеюсь, что Анри придет в себя и хоть что-то мне расскажет. Тогда и решим, что делать дальше.

 

Я припарковал машину возле дома. Анри дождался, пока я открою входную дверь, и быстро проскользнул внутрь. Мы вошли не через мастерскую, а через подъезд, и поднялись на второй этаж к квартире.

— Проверь, не ждут ли тебя там, — Анри указал на дверь.

Я согласно кивнул, подумав, что, в любом случае, в подъезде мы как в ловушке. Я открыл дверь и вошёл. Заглянул в комнаты и ванную. Потом спустился в мастерскую — всё было так, как я оставил, никаких следов присутствия кого бы то ни было. Я вернулся к Анри:

— Вроде, никого нет.

Он вздохнул:

— Хорошо бы так и было.

Следом за мной Анри прошёл в комнату и огляделся:

— Ты живёшь один?

— Ага, — я чувствовал, словно меня если не экзаменуют, то изучают.

Анри обошёл квартиру:

— Небольшая. Много книг. Чем ты занимаешься?

— Переплетчик-реставратор.

— Тихая и спокойная жизнь? — он разглядывал мои вещи, словно в музее.

Я снова кивнул.

— И вот в неё вторгся я, — тут он остановился и посмотрел на меня, как будто даже с вызовом.

Я растерянно молчал, но не отводил глаз. Чем дальше, тем больше во мне росло чувство вины. Нет, оно всегда было со мной. Но раньше я обвинял себя сам, а теперь это делал мой брат.

— Анри… Что я мог сделать? Я был ребёнком. Полиция искала тебя — я рассказал им всё, что знал.

Его взгляд смягчился, и он кивнул:

— Да, конечно. Прости. Я… — лицо его исказилось, и он бессильно опустился на пол, обхватил руками колени и уткнулся в них лицом. Он как-то весь сжался, как будто хотел спрятаться, отгородиться от чего-то.

Я подошёл и сел рядом с ним. Протянул руку и тихонько коснулся его волос. Анри был похож на дикого испуганного зверя — боишься, что он вскочит и убежит. Или попытается напасть на тебя. Что я мог сказать? Что всё будет хорошо? Я сам не верил в это. Как достучаться до его души — после стольких лет разлуки?

— Я люблю тебя. Ты нужен мне.

Он чуть поднял голову и взглянул на меня исподлобья.

— Зачем?

— Ты мой брат. Брат-близнец. Ближе тебя у меня никого нет.

Он молча смотрел на меня. Потом мягко и печально улыбнулся, выпрямился и сказал:

— Тогда, наверное, ты дашь мне что-нибудь поесть.

Я улыбнулся в ответ:

— Да, конечно. Боюсь, деликатесов у меня нет, но что-нибудь найдётся.

— Что угодно — лишь бы поскорее: я очень голоден.

— Тогда пару тостов и яичницу с сосисками?

Он кивнул.

— Чай? Кофе?

— Чай.

Я отправился на кухню и вскоре услышал, как хлопнула дверь в ванную, а затем и звук льющейся воды. Анри, наверное, понадобится одежда на смену. Засунув хлеб в тостер, кинув сосиски в кастрюльку и разбив на сковородку четыре яйца, я пошёл в спальню, открыл шкаф и достал рубашку, брюки и нижнее белье. Наверное, Анри будет чуть великовато — он казался тоньше меня; но роста примерно моего, так что, должно сгодиться на первое время. Взяв вещи в охапку, я отнес их брату.

Наш ужин был готов, и я раскладывал всё по тарелкам, когда появился Анри. Моя одежда, действительно, была ему свободна. Но выглядел он посвежевшим и вполне довольным. Его вьющиеся волосы не были собраны в хвост и спадали на спину и плечи, доходя почти до лопаток.

— Душ, чистая одежда, горячая еда — я почти счастлив, — Анри улыбнулся.

Я начинал привыкать к перепадам его настроения.

Мы сидели и молча ели, иногда бросая друг на друга взгляды. Казалось, что каждый хотел о чём-то спросить, что-то сказать — но так и не решался. Я уж точно боялся расспрашивать его, хотя вопросы так и вертелись на языке. И ответы были очень важны. Но я подумал, что нужно дать Анри время прийти в себя и успокоиться.

Доев всё без остатка, он заговорил сам:

— Я должен тебе рассказать… Где я был и что делал. Тебе нужно знать. Я… — говорил он так, словно слова застревали у него в глотке, в самом прямом смысле.

— Я… не могу. Не могу сказать! Хочу, но не могу. Чёртов Этьен!!! Наверное, наложил на меня какой-то запрет. Он… — лицо Анри побледнело и покрылось испариной, — умеет внушать.

Глаза его закатились, и он упал бы со стула, если бы я не успел подхватить его. Оттащил на диван. Растерянно соображая, не стоит ли вызвать скорую, я похлопал его по щекам.

К счастью, он открыл глаза, вздохнул и покачал головой:

— Я не могу.

— Ничего, как-нибудь и без того разберёмся, — я улыбнулся, желая приободрить его, — Как ты себя чувствуешь?

— Уже лучше, — он сел, — Голова кружится. Можно мне воды?

— Конечно, — я сходил на кухню, принёс чашку с водой и протянул её Анри.

Он выпил и как будто успокоился:

— Тебе придётся думать самому. Соедини его дар с нашим.

— Это то, что он делал? — я присел рядом.

Анри кивнул.

— Внушал во сне? Внушал тебе создавать сны?

Анри, молча и не моргая, смотрел на меня.

— Создавать сны для кого-то? Плохие сны?

Без изменений. Тут я вспомнил, о чём мы говорили с Жасмин, о её отце:

— Люди в этих снах… умирали?

Глаза Анри стали совсем тёмными и застывшими, лицо своей неподвижностью напоминало маску. Так что я снова испугался за него.

— Анри, Анри, — я похлопал у него перед носом — он заморгал и ожил:

— Что? Ты что-то сказал?

Я покачал головой. Нужно что-то делать. Наверное, Анри нужна помощь психолога или психотерапевта. Кого-то мне напоминало его поведение. Профессора Эшби, с его странной нервной потерей памяти.

— Послушай, кем бы он ни был — он не может найти нас так быстро. Этот адрес знают только Джеффри и Оливер.

— Он может знать о них — из моих воспоминаний, — Анри рассеянно смотрел на меня.

— Всё равно, ему потребуется время, чтобы найти их. А потом как-то выведать, где я живу.

— Квартира — твоя собственность?

— Нет, съёмная.

— Это усложняет поиск. Но всё равно, наверняка есть списки арендаторов.

— Может быть. Всё равно, это не так быстро. Думаю, день-два мы здесь в безопасности.

Анри посмотрел на меня уставшим взглядом:

— Я везде в опасности, пока нужен Этьену. А я буду нужен ему, пока жив. Или пока жив он. И как только он узнает, что ты жив-здоров и умеешь создавать сны — он захочет и тебя прибрать к рукам.

Я вздохнул:

— Ладно, давай доживём до утра, а там что-то решим — «утро вечера мудренее». Выспаться не помешает в любом случае.

— Выспаться?! — голос Анри дрожал, — Нет уж. Я, пожалуй, сегодня не буду спать, — он нервно улыбнулся.

Я непонимающе смотрел на него.

— Он придёт за мной, — Анри снова весь сжался, — вернее… я сам приведу его. В свой сон.

— Но зачем??

— Такая программа в моей голове!!! Ты не понимаешь. Я его проводник в мир снов! Я… марионетка. А он — кукловод, — сейчас Анри, и правда, был похож на сломанную игрушку: поникшие руки и плечи, застывшие глаза.

— Но ты сбежал. Ты нашёл меня. Ты смог рассказать. А значит, можешь делать не только то, что он тебя заставляет.

Анри задумался и кивнул:

— Где-то он допустил ошибку. Ослабил бдительность. Был уверен, что я полностью в его власти. А оказалось, что нет. Недавно… я вспомнил… своё детство, и как меня похитили. Мне удалось скрыть это от Этьена. Наверное, он считал, что после стольких лет моя память уже не восстановится, и нет особой нужды держать меня под замком. Но долго обманывать его мне бы не удалось — и я сбежал при первой возможности. Я мечтал вернуться домой: найти родителей, тебя, — Анри чуть улыбнулся, мягко и грустно.

Но улыбка тут же исчезла, и он покачал головой:

— Теперь я понимаю, что нужно было бежать куда угодно, только не сюда. Здесь он найдёт меня. Я старался не спать в пути — чтобы не останавливаться, не тратить время и не быть совсем беззащитным. Но вчера я, всё же, заснул.

Лицо его дрогнуло:

— И Этьен был в моём сне. Я понимаю, что сам привёл его — как иначе он смог. Он сказал, чтобы я возвращался. Что он всё равно найдёт меня. Что мы связаны, и эту связь никто не может разорвать.

— Но теперь я с тобой, — я взял его за руку, — И буду охранять тебя в твоём сне. Ты же не можешь не спать вечно.

— Не могу, — он устало покачал головой, — рано или поздно я засну. И сны мои будут принадлежать ему.

— Мы найдём, как прервать эту связь. В конце концов, мы оба можем управлять снами. И придумаем, как избавиться от него.

Анри смотрел на меня, словно пытаясь понять: действительно ли я думаю то, что говорю. Потом кивнул:

— Давай попробуем. Кроме этих пут мне нечего терять. Как хорошо, что мы снова вместе, — он улыбнулся, но тут же вновь стал печально серьезным, — Прости, что подставил тебя под удар.

— Даже не думай об этом. Это самое малое, что я могу для тебя сделать. Анри… Я… — слов не нашлось, и я просто обнял его.

Это же мой брат, ближе него у меня никого нет. И пусть мы не виделись столько лет — мы семья. Я нужен ему. И я буду его защищать.

— Не бойся, — я чуть отодвинулся от него, — Засыпай спокойно. Я тоже усну. И буду в твоём сне. Я буду рядом с тобой, Анри — во снах и наяву.

Он улыбнулся:

— Ты настоящий старший брат.

 

Несмотря на все волнения и опасения, Анри заснул быстро. Видимо, это у нас семейное — мы легко погружались в сон по своему желанию. Я лёг рядом и, засыпая, нащупывал дорожку в его сновидение.

Анри сидел на холме, густо заросшем травой. Волосы его трепетали на ветру, так же как и трава.

— Это место, я помню его, — он оглядывался по сторонам, — Оно же реально существует? Мне было хорошо здесь.

— Да, это похоже на холм рядом с имением Джеффри, — я стоял рядом и смотрел на него, — Мы часто гуляли тут в детстве.

Анри откинулся на спину и подложил руки под голову. Улыбаясь, он смотрел в небо:

— Хорошо бы вернуться в прошлое. Или хотя бы… остаться навсегда здесь. Где тихо, спокойно и лишь трава и ветер.

Я молчал. Мне тоже было знакомо желание остаться во снах. Ты можешь быть где угодно и кем угодно. И даже с кем — хотя бы отчасти.

— Жаль нарушать идиллию. Но Анри, дорогой мой, ты бы умер с тоски.

Голос, вязкий и липкий, как мёд. Как мёд с привкусом полыни. Я понял, кто это. Но почему-то не спешил оборачиваться. Я взглянул на Анри: его словно парализовало, в глазах был ужас. Ужас и обречённость. Но нет, этого я не позволю. Я обернулся.

В нескольких шагах от нас стоял мужчина одного роста со мной: густые светлые волосы, голубые глаза — холодные, пронзительные.

— Не смотри на него! И не слушай! — Анри дёрнул меня за руку.

— О-о, Анри, ты преувеличиваешь мои способности. Кто твой друг? — в голосе читалась мягкая улыбка; так и хотелось посмотреть на его обладателя, — Хотя… можешь не отвечать. Я знаю. Ты более чем предсказуем, Анри. Вы похожи. И кто ещё мог быть здесь с тобой на равных. Ты привёл его ко мне, да? Ты нашёл его для меня.

— Нет!!! — Анри яростно обернулся, — Я не собирался приводить его к тебе. И не смей его трогать!

— М-м… Обещаю подумать над этим, если ты вернёшься. Когда ты вернёшься.

— Я не вернусь. Никогда! Ты слышал? Убирайся!

— Он не вернётся, — меня самого удивило собственное спокойствие. Но ведь это всего лишь сон, разве нет?

Теперь Этьен смотрел на меня. Он рассматривал, склонив голову на бок и чуть улыбаясь:

— Ты действительно выглядишь так, как сейчас? М-м… неплохо. Но Анри красивее. Намного. А вот как насчёт таланта?

— Ты убил наших родителей, похитил моего брата. И причастен к смерти других людей. Ты должен сидеть в тюрьме, в психушке или вовсе… сдохнуть. И я постараюсь, чтобы так оно и вышло.

— Вот как? — из его голоса исчезла мягкость, как и улыбка с лица, — Мой маленький Виктор. Что ж, давай поиграем. Это будет забавно. И твоя ставка, сдаётся мне, больше, чем моя.

Этьен повернулся к Анри, и голос его снова стал обволакивающе мягким:

— Я жду тебя, мой дорогой.

Анри покачал головой, не в силах что-то произнести.

— Тогда я приду сам. И заберу тебя и его.

— Нет! — во взгляде Анри ненависть мешалась с отчаянием.

— Ты же знаешь, тебе будет лучше со мной. Ты не сможешь без меня.

— Он не вернётся, — чёрт, и почему я не мог сказать ничего другого.

— Вернётся, — Этьен мягко улыбнулся, — если не хочет сойти с ума.

Злость, казалось, заполнила меня всего. Я хотел обрушить мироздание на этого ублюдка. Пусть провалится в тартарары!

Земля задрожала под ногами. Воздух пошёл рябью. Всё вокруг словно покрылось волнами, стремившимися к Этьену. Но… достигнув его, волна разрушения остановилась. Он самодовольно улыбнулся:

— Не ты один здесь Мастер сновидений.

Я непонимающе взглянул на Анри. Он стоял, бессильно и безвольно опустив голову и руки, и избегая смотреть на меня:

— Я обязан защищать его.

— Нет! Ты ничего ему не должен! — я не понимал, как Анри мог даже подумать об этом.

— Его подсознание с тобой не согласно, — мягко сказал Этьен, глядя на меня

Как бы мне хотелось заткнуть этот улыбающийся голос.

Словно в ответ на мои мысли, Этьен добавил стали в свои интонации:

— Ты уже проиграл, Виктор.

— Не дождешься, — я схватил Анри за руку и вынырнул с ним из сна.

 

Так вот он какой, значит. Этьен. Он существует. Я был почти уверен, что это не проекция, созданная Анри. Слишком самостоятелен и осязаем. С какой-то стороны это и лучше — значит, Анри не выдумал его и не сошёл с ума. Но это значит, что Этьен — реальная угроза и не только для нас.

Я повернулся к Анри: он сидел рядом со мной на диване, погружённый в какие-то свои печальные размышления.

— Есть что-то ещё, что я должен знать?

Он виновато взглянул на меня:

— Я рассказал всё — что знал и мог. Я и в голову не пришло, что ты решишь напасть на него!

— А как ещё я могу защищать тебя?

Анри раскрыл было рот, но так и ничего не сказал. Лишь отвернулся, подтянув колени к груди и обхватив их руками. Он вёл себя как капризный обиженный ребёнок. И всегда был таким. Но… могу ли я винить его, что он таким и остался?

— Прости. Прости меня, — я старался говорить как можно мягче.

Он повернулся ко мне — печальный, не то ангел, не то демон с картины художника-романтика:

— Нет, это ты меня прости. Я… Я должен вернуться к нему.

— С ума сошёл?!

Анри покачал головой, на удивление спокойный, почти отрешенный:

— Пока нет. Но, видимо, мне это предстоит — с ним или без него. Но хотя бы до тебя он не доберётся. А мне уже не спастись.

Он избегал моего взгляда.

— Даже не смей так думать! Мы найдём выход. Пока ты не сдался — ты не проиграл.

Анри все же взглянул на меня:

— И как долго мы сможем не спать?

— М-м… просто не будем спать в одно время с ним, — я улыбнулся простоте этого решения.

— Ага, спать тогда, когда он активно бодрствует — значит, быть уязвимым перед ним в реальности. Он заявится, когда мы заснём.

Но, все же, в голосе брата появились признаки жизни.

— А мы будем спать по очереди, — я закивал головой, стараясь поддержать в Анри эту слабую искру сопротивления.

Он задумался. Затем пожал плечами:

— Ладно, давай попробуем. Мне особо нечего терять. А вот тебе…

— А мне главное — тебя не потерять.

— Ну и кто из нас сумасшедший? — Анри улыбнулся, — Ладно, тогда ты ложись спать. А я буду бодрствовать и охранять тебя.

— М-м-м… — мне совсем не хотелось оставлять его одного.

— Хоть один из нас должен выспаться. Чтобы нормально соображать.

— Ничего, если я одну ночь не посплю, — я был полон сил и оптимизма, — Ничего со мной не случится. А дальше придумаем что-нибудь.

— Ты боишься, что я сбегу? Или боишься спать, когда я рядом? — Анри старался говорить спокойно. Но вышло нервно и резко.

— Анри, это паранойя.

— Она самая. Ну так можешь привязать меня — чтобы я ничего не натворил, — голос его задрожал.

Замерев, я смотрел на него:

— Он… привязывал тебя?

— Нет! — злость Анри улеглась так же быстро, как возникла, сменившись бессильным отчаянием, — Ему не было нужды. Мои узы — здесь, — он ткнул пальцем себе в лоб. И добавил, глядя мне в глаза:

— Вик, у тебя есть пистолет?

На какое-то мгновение мне захотелось застрелить его за такой вопрос. Как раз этого он и хотел.

Анри пожал плечами и отвернулся:

— Это бы решило все проблемы.

Я молчал. Что мне делать: заорать на него? Ударить? Это вызвало бы новую вспышку истерии? Может быть, истерика лучше апатии. Но мне не хотелось ни того, ни другого. Я хотел встряхнуть его, чтобы он проснулся и ожил. Но я понимал, что это вряд ли случится прежде, чем я выгоню Этьена из его головы.

Я тихонько коснулся его волос. Я гладил его по голове, как в детстве, когда он расшибал себе коленки или его обижал кто-то в школе. Анри сидел неподвижно, глядя в никуда. Потом лицо его исказилось, и он разрыдался, уткнувшись мне в плечо. Хорошо бы напряжение ушло из него с этими слезами.

 

Мы лежали рядом на диване, и я рассказывал Анри обо всём, что произошло со мной за эти годы — просто, чтобы отвлечь его и скоротать время до утра. Мы решили, что можем довериться Джеффри и Оливеру — жизненного опыта у них больше, да и возможностей. Этим я эгоистично оправдывал себя; а ещё тем, что они захотели бы знать и помочь. Так незаметно я заснул.

---

Вы можете купить книгу и тем самым поддержать автора. После оплаты нажмите "Вернуться на сайт магазина" - вы будете перенаправлены на страницу скачивания книги.

Категория: Проникающий в сны | Добавил: Lee (29.01.2016)
Просмотров: 78 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
avatar