Понедельник, 18.12.2017, 08:16
Приветствую Вас, Гость
Главная » Мои работы » Рассказы » Вызов принят

Горячий шоколад

Вагон метро размеренно покачивался, и Анна качалась вместе с ним: на волнах музыки, покоя и одиночества. Она ездила в небольшую частную галерею — узнать, не интересовался ли кто её картинами, выставленными там на продажу. Конечно, Мария, владелица галереи, с которой Анна была давно знакома и в хороших отношениях, сообщила бы, если кто-то купил картину. Но в том и дело, что вестей не было, и Анне захотелось самой узнать — и заодно нанести дружеский визит.
 

Дожив и миновав возраст Христа, Анна всё ещё была одна. И ей было комфортно в её одиночестве. Во всяком случае, она убеждала себя в этом. Одной спокойно и безопасно. Дважды склеив свое сердце после любовных драм, она не спешила разбивать его в третий раз. Или просто не находила, об кого его можно эффектно разбить.
 

Она привычно смотрела на людей взглядом художника, отмечая фактуру, формы и нюансы, иногда любуясь. Она старалась делать это незаметно и ненавязчиво. Иногда решалась делать наброски в маленьком блокноте.
 

Вот и сейчас её взгляд скользил по окружающим, иногда задерживаясь ненадолго. Наискосок от неё, у других дверей вагона стоял мужчина: среднего роста; волосы цвета черного дерева аккуратно подстрижены, но кажутся жесткими; чётко очерченные губы. Но особо примечательны были его длинный тонкий нос — словно у птицы, и глаза цвета летней листвы. Совершенно замечательные глаза, подумала Анна, встретив взгляд незнакомца — задумчивый и немного рассеянный. Ей хотелось смотреть на него, и даже — она поймала себя на неловкой мысли — прикоснуться к нему. Интересно, кто он? Что за человек? Похож на иностранца.
 

Мужчина снова взглянул на неё, и Анна поспешно отвела глаза. Хотя в его взгляде не было неприязни — лишь задумчивое внимание. Вот бы поговорить с ним. Хотя… ну что она ему скажет? «Я художник. Можно я нарисую ваш портрет?»
 

Между тем, незнакомец собрался выходить и оказался рядом с Анной. Теперь она смотрела на его длинноносый профиль, отметив лучики морщин в уголках глаз, и чувствовала легкий древесный запах его одеколона. Он чуть повернулся к ней, словно собираясь что-то сказать, взглянул на неё — но в этот момент двери открылись, и, чуть замешкавшись, мужчина вышел из вагона. Следом за ним другие пассажиры, и новые вошли.
 

Анна выскочила на платформу в самый последний момент — двери за ней захлопнулись, и поезд продолжил свой путь без неё. Анна сама не понимала, зачем она это делает. Но огляделась в поисках незнакомца — ей показалось, что она заметила его куртку возле эскалатора на выход в город, и она поспешила туда.
 

На эскалаторе она, конечно, потеряла его из виду. Выскочив в переход, лихорадочно посмотрела по сторонам — кажется, он свернул к той лестнице. Взбежав по ступеням и оказавшись на одной из центральных площадей города, в это время дня, как, впрочем, и в любое другое, заполненной людьми, Анна поняла, что потеряла его окончательно. Постояв и покрутив головой, она вздохнула: что ж, это, в любом случае, было глупо.
 

Она вспомнила, что тут неподалеку есть книжный магазин. И если она очутилась здесь, по воле судьбы и собственной легкомысленности, почему бы не зайти.
 

Анна прошла меж полок в секцию искусства, оглядела стеллаж и взяла полистать альбом Ван Гога. Конечно, у неё уже был такой или похожий — но руки сами потянулись, ища моральной поддержки у любимого художника. Погрузившись в созерцание, она вдруг подняла голову, среагировав на легкий шум: на расстоянии нескольких стеллажей от неё стоял незнакомец из метро; похоже, он едва не уронил книгу, но вовремя поймал её и теперь раскрыл, изучая содержание. Он стоял боком к Анне, да еще отвернувшись в другую сторону. Анна взглянула на название секции, где он стоял: «Кулинария». Почему-то это заставило её улыбнуться.
 

Мужчина явно не замечал её, погрузившись в книгу. Или делал вид. И Анна решилась достать свой блокнот. Она взяла карандаш чуть мягче, чем следовало — чтобы он тише шуршал по бумаге — и принялась осторожно набрасывать незнакомца, стараясь не привлекать внимание.
 

Но трудно не заметить, когда на тебя так долго и внимательно смотрят — даже если беглыми косыми взглядами. И когда Анна, в очередной раз, подняла на него глаза — она встретилась с его зелеными глазами. Он смотрел на неё, всё ещё держа в руках книгу, и, конечно, узнал незнакомку, рассматривавшую его в метро. Казалось, он был удивлен встрече — но, скорее, приятно удивлен. Он смотрел на неё, и в его глаза закрадывался свет улыбки, которую чуть позже Анна увидела на его губах — мягкую и чуть печальную. И он, конечно, заметил её блокнот и карандаш в руках. Анна почувствовала, как кровь приливает к щекам.
 

— Ух-ты, здорово! — но голос раздался совсем не оттуда, откуда ей хотелось бы. Она обернулась: рядом с ней стоял высокий молодой человек, довольно приятной наружности — но сейчас он вызывал в Анне отнюдь не приятные чувства.
— Вы художник?
Анна отвернулась, ища глазами зеленоглазого незнакомца. Но… того и след простыл. Анна сунула блокнот и карандаш в сумку и поспешила к выходу из магазина, надеясь перехватить его там. Но он, как Летучий Голландец, уже растворился в толпе.
 

Уж лучше бы она не встречала его второй раз. Не встречать — лучше, чем встретить и потерять. Во всяком случае, в тот момент её казалось именно так.
 

Машинально свернув в ближайший переулок, Анна шла, изучая плитку мостовой под ногами. Как всякая, или почти всякая, расстроенная женщина, она подумала о сладком. Она каждый раз одергивала себя, понимая, что если будет налегать на шоколад и булочки, с фигурой можно окончательно распроститься. Как и с мечтами — ах, всё-таки они есть! — устроить личную жизнь. Но она так давно не была в настоящей кофейне, не сидела за столиком у окна, вдыхая запах кофе и пряностей… что решила позволить себе это удовольствие и принялась искать подходящую вывеску. И под одной из них увидела своего незнакомца, входящего в двери кафе. Совпадение? Наваждение? Скорее, второе. Анна тряхнула головой, решив прекратить погоню за призраками безответной любви. Но, поравнявшись с кофейней, она вдруг свернула и вошла в пахнущий кофе полумрак.
 

Бегло оглядев столики и сидящих за ними людей, Анна не нашла среди них незнакомца. Не было его и у прилавка с выпечкой и десертами. Подумав, что, может быть, он зашел в туалет, Анна решила — была, не была — занять один из столиков. Ей повезло: у окна нашлось свободное место. Она уселась, и официант тут же принес ей меню. Анна уже перестала думать о глупости и мотивах своего поведения — она была здесь потому, что ей хотелось этого.
 

Почему-то она решила заказать не кофе — свой любимый капучино с корицей — а горячий шоколад, и круассан с клубникой и миндалем. В ожидании заказа она продолжала тихонько разглядывать окружающих её людей. Но незнакомца среди них не было.
 

Принесли её шоколад и круассан. Но Анне почему-то перехотелось есть. Она обхватила чашку пальцами, согревая их, ощущая приятное тепло и вдыхая горько– сладкий запах какао.
 

Незнакомец не появился. Возможно, это был не он. Не его она видела входящим в кафе. Что ж, но она здесь — и потому почему бы не выпить шоколад и не съесть круассан — тем более, что выглядят и пахнут они чудесно. Анна не спеша принялась за еду. А когда закончила — подумав, достала блокнот и стала тихонечко зарисовывать соседей по кафе.
 

Так прошел вечер — не самый плохой, надо сказать. За окном начинало темнеть. Напоследок Анна заказала себе кофе с ложечкой коньяка — хотя знала, что после такого не уснет. Ну и ладно, летняя ночь — не самое плохое время для бессонницы. Тем более, для художника. А мечты должны оставаться мечтами — разве не так? Иначе это уже не мечта.
 

Анна вышла из кафе в теплый вечер и золотистое сияние фонарей. До дома ей было минут пятнадцать– двадцать ходьбы, и она решила прогуляться. Она не могла понять, хорошо ей или грустно. Наверное, хорошо и грустно одновременно.
 

Так, не спеша, она почти дошла до дома. Уже стемнело. Пройдя под аркой, Анна вошла в знакомый двор, привычно оглядываясь: нет ли подозрительных личностей, при которых одинокой женщине небезопасно входить в подъезд. Двор был пуст. Но позади, в арке, которую она только что миновала, она услышала шаги. И приостановилась, ожидая, кто выйдет из неё. Шаги тоже замерли. Но лишь на мгновение: из тени арки вышел… тот самый незнакомец из метро. Он снова остановился, глядя на неё. Потом медленно подошёл, встал в паре шагов от Анны. Его зеленые глаза, по-прежнему, задумчиво смотрели на неё. Он чуть закусил губу.
 

— Я живу тут недалеко, — услышала Анна его тихий мягкий голос. — Но в этот двор свернул за тобой.
— Почему?
Хотя теперь он сам за ней пошёл, Анна, всё равно, чувствовала себя несколько неловко. Смущаясь, она, тем не менее, смотрела в зеленые, как лето, глаза незнакомца.
— Ты выбрала горячий шоколад и круассан с клубникой и миндалем. Горячий шоколад, обычно, заказывают те, кто замерз изнутри. А кофе с коньяком — когда не хватает бодрости духа.
 

Анна не нашлась, что сказать: ведь всё так и было. Она даже не особо задумалась над тем, что незнакомец, наверное, таки был в кафе — раз знает, что она заказала. Она лишь смотрела в его глаза, и ей не хотелось отводить взгляд. Как и незнакомцу. Они молча смотрели друг на друга, и взаимное желание им было понятно и без слов. Поскольку они стояли у подъезда Анны, то она легко кивнула в сторону двери, и незнакомец, молча соглашаясь, пошёл за ней следом. На секунду Анна подумала, что, должно быть, у неё не очень прибрано, чтобы принимать гостей — но в следующий миг решила, что не на интерьеры же смотреть он туда идет.
 

Проснувшись утром от лучей солнца, нещадно светивших ей в глаза, Анна поняла, что одна в постели. Прислушавшись и не услышав никаких звуков в соседней комнате, на кухне и в ванной, подумала, что, должно быть, и в квартире она одна. Что ж, ожидаемо. Она потянулась в кровати, потом встала и, сунув ноги в тапочки и накинув халат, пошла на кухню готовить завтрак.
 

На кухонном столе лежало толстое полотенце, явно что-то скрывавшее под собой. Анна сняла его, обнаружив под ним пластиковую крышку для микроволновки, подняла и её: на столе, так заботливо укрытая, стояла тарелка со свернутым конвертиком блинчиком, по запаху — с клубникой, и чашка капучино с корицей — всё, как она любит. Рядом лежал маленький листок, вырванный из записной книжки, на котором было аккуратно выведено два слова: «Я кондитер», и подмигивающий смайлик.
 

Что ж, теперь, по крайней мере, Анна знает, почему незнакомец вошел в кафе и куда пропал: он работает там. И почему листал книги в разделе «Кулинария». Кондитер. Анна улыбнулась. И принялась за завтрак — пока он совсем не остыл.

Категория: Вызов принят | Добавил: Lee (28.11.2017)
Просмотров: 13 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
avatar